О Жанне Герасимовой в книге „Русские в Польше” написано: „Одна из самых востребованных русских актрис на театральной сцене и киносъёмочных площадках Польши. Первые шаги на польской сцене делала как исполнительница песен под гитару, превращая каждое исполнение в небольшой спектакль. В Польше дебютировала как режиссёр ше дебютировала как режиссёр – в 2007 году в театре „Полония”, где состоялась премьера не сходящего с афиш спектакля „Райские яблоки”. В 2008 году поставила спектакль по рассказу И.Тургенева „Живые мощи”, выступив как режиссёр, автор сценария, переводчик и сценограф. За последние пять лет снялась более чем в десяти  польских сериалах и нескольких художественных фильмах”.

Несколько сухих строчек, за которыми – почти 10 лет жизни в Польше, куда Жанна приехала уже состоявшимся художником, актрисой и при этомпостоянно ищущим, прежде всего – себя и своё место в искусстве, человеком. Знакомы мы с Жанной давно и уже не раз писали в ER о её творческих победах. Получив от одного из наших читателей е-майл о её концерте в Доме культуры на варшавской Воле, мы решили вновь встретиться с Жанной после почти двухлетнего перерыва.

Я опоздала всего на несколько минут, но оказалось, что все билеты проданы и в зале нет свободных мест. Заботливый администратор ДК, заглянув в зал, потеснил своих знакомых и полместа мне всё-таки нашлось. А на сцене – в мехах и вуальке уже торжествовала Жанна, не давая даже вздохнуть-выдохнуть зрителям, смотрящим на неё влюблёнными глазами. 

Нет смысла описывать концерты поющей актрисы Жанны Герасимовой – нужно просто на них побывать. Не важно, будет ли это программа „Песни белой Москвы”, „Карусель любви” или „Русская рулетка” – вы станете соучастником необычайно театрализованного, эмоционально-возвышенного и талантливого зрелища. Нужно видеть, как устремляются к ней зрители, когда  после концерта Жанна спускается в зал. Нужно слышать, сколько тепла и сердечности они передают в словах благодарности.

Живём мы в одном районе, поэтому и возвращаемся всегда вместе, используя это время для обмена информацией: что, где, когда? Узнаю, что эа это время неугомонная Жанна стала членом Союза писателей Польши, как будто мало ей было членства в Союзе художников России. И получаю приглашение на её новый спектакль „Ласточка” в театре „Rampa”. А далее Жанна добавляет: „Не пожалеешь. Рецензии такие, как будто мы все уже умерли.”

Наш разговор о новой работе состоялся в фойе театра, за полчаса до начала спектакля. Спектакля, который удивил, а точнее,  поразил весь театрально-критический бомонд Варшавы.

– Почему Тургенев?

– Не скажу, что это была моя мечта. Ведь его даже в России ставят мало. Считается, что он не театральный автор. „Отцы и дети”, „Месяц в деревне” – вот, пожалуй, и всё. А тут пришла ко мне актриса со словами, что давно мечтает сыграть Лукерью. Актрису звали Лена Богдиевич, а Лукерья – героиня рассказа „Живые мощи”. Была Лена перед этим у разных режиссёров, и ей отказали уже все со словами: „Рассказ хорош, но это литература и ничего общего со сценой не имеет”. А  вот этого как раз  и нельзя было ей говорить, ведь меня учили, что в театре можно поставить всё,  даже телефонную книгу. Задело меня – как это нельзя? Обещала ей подумать и попробовать  сделать инсценировку рассказа. Я долго ходила с этой идеей, жила с ней, спала. И тут меня осенило! А дальше уже было легко: я написала сценарий и перевела на польский, придумала сценографию, ну и поставила спектакль. Первый вариант назывался „Pod jasnym niebem”. Лена Богдиевич написала проект и мы получили деньги от Министерства культуры Польши. Премьера была в театре „Praga”. Сегодня мы увидим совсем другой спектакль. Новое название, новые исполнительницы, новые решения.

– Что, вот так просто можно прийти в театр и предложить свою идею? И они с ходу согласились?

– Практически. Было только одно условие, чтобы играла актриса их театра.

– Только одна?

– Но их на сцене только двое, а вторая – Роксана Викалюк. Как пишут о ней критики, „это произведение искусства само по себе”. Второй такой в Польше нет.

– Так я ещё и Роксану сегодня услышу? Я уже два года ищу повод, чтобы с ней познакомиться.

– Роксана была одной из моих вдохновительниц. Мне случайно попал в руки её компакт-диск. Когда я послушала, как и какую музыку она поёт, у меня появилось решение спектакля. Именно от её музыки. Ты когда-нибудь слышала духовные песни? 12-13 век.

– Жанна, но какое это имеет отношение к Тургеневу?

– А вот увидишь.

– Каким ты видишь будущее этого спектакля?

– Сейчас он в репертуаре театра, а я мечтаю показать его на каком-нибудь театральном фестивале.

– А почему ты считаешь, что это фестивальный спектакль?

– А вот увидишь.

– Ты права, давай о спектакле больше не будем, я его ещё не видела. Скажи мне лучше, почему в Польше русская культура, в основном, сводится к двум-трём именам – Высоцкий, Окуджава? Потому что…

– Да всё очень просто: это деньги. Это то же самое, что комедия в театре. Люди платят за то, что они знают. Чтобы им предложить другой репертуар, нужно быть очень харизматичным, уверенным в себе и уметь это новое, неизвестное донести до зрителя. Чтобы он его понял и полюбил.  А тут кажущаяся лёгкость: достаточно уметь играть три аккорда, можно даже не иметь ни голоса, ни слуха, выучить слова и… уже получать какие-то деньги. Вот почему я полюбила Роксану? Она поёт свои произведения, то, что она любит. Несмотря на вкусы зрителей, несмотря на конъюнктуру. Кстати, она выпускница джазового отделения, ученица самой Эвы Бем.

– Ну вот сама говоришь, что большинство хотят заработать на „лёгких” именах, на лёгком репертуаре, а тебя всё куда-то „несёт в сторону”?

– Наверное, этого уже не изменить. Ведь и в Москве меня несло туда же, когда мы много лет играли запрещённого Ионеско, которого тогда никто не знал. Это сейчас он признанный автор, это уже искусство. Может быть,  для меня главное – преодоление?

– А ты понимаешь, что можешь остаться одна, без зрителя?

– Ну …trudno.

Послесловие: Когда-то в варшавском кинотеатре „Luna” Андрей Кончаловский отказался разговаривать со зрителями о своём новом фильме „Дом дураков” перед началом показа, обосновав это тем, что фильма-то они ещё не видели. А когда после фильма он снова вышел на сцену, то мы услышали: „А теперь мне нечего вам сказать. Всё, что я хотел, я уже сказал в этом фильме”. Вот и сейчас, после того, как растворился в тёмном зале последний звук чарующего голоса Роксаны Викалюк, вопросов к Жанне, как создателю этого чудо-действия, у меня не было.

Из рецензий:

Кшиштоф Рознер

„Это театр необычный. Театр глубоко человеческий. Мудрый театр. На небольшом сценическом пространстве решаются вопросы огромной важности. В простоте жестов и слов, ведь если честно, и содержится наш непростой для понимания мир. „Это спектакль как будто не с нашей планеты!” – сказал кто-то из зрителей. „А может, как раз, с нашей – подумал я. – С планеты, где судьба не всегда и не каждому благоволит, а дорога не всегда усыпана розами. Для некоторых  – только шипами. С планеты, где удаётся всё же вынести самое тяжёлое, „взлететь”. Только было бы в нас самих это светлое небо”.

Юстина Хофман-Вишневская

„В этом спектакле всё объясняется с помощью театральных средств – такого я давно уже в театре не встречала. Не ожидала также, что меня может удивить Тургенев, сыгранный  двумя актрисами.

Перед нами словно оживают картины русских художников, звучат песни на старославянском языке, оживают элементы языческих и христианских обрядов. Это всё помогает нам вернуться к нашим корням, о которых, конечно,знаем, но не испытываем необходимости в этом в жизни повседневной. И вдруг Жанна Герасимова оживляет в нас давно-предавно известное. И звучат эхом мелодии и символы давно забытые или вообще ранее не известные нам из литературы, истории или искусства. И наконец-то в нас просыпается Человек. Это превращение происходит само собой, естественно, без надрыва и плакатных средств, без лишних слов. Это и есть чародейство театра! Очарование тем, что в нашем театре редко встретишь. 

Режиссура чистая, понятная, спектакль сделан твёрдой рукой, логично и последовательно. Нет в нём ни лишних движений, ни предметов, ни украшенных нарочито сцен, которых нельзя было бы ничем объяснить, кроме каким-то особым видением режиссёра. А есть красота, поэзия, лиричность, человеческая боль, несчастье и сцены, завораживающие своей художественностью и композицией. Декорации, музыка, актёрская игра составляют единое целое, однородное в выражении и стилистике. Просты и средства, из которых актрисы создают свой мир, богатый настроениями, переживаниями, метафорами. Может, это театр немодный, не trendy и не cool, но он магичный, прекрасный, изысканный своими художественными средствами и … мудрый.

„У счастья нет завтрашнего дня, у него нет и вчерашнего, оно не помнит прошедшего, не думает о будущем, у него есть только настоящее, – и то не день, а мгновение”. В хаосе ежедневных событий, в крикливости СМИ, которые самовозбуждаются сенсациями, а скорее сплетнями, кружащими вокруг нереальной реальности, нужно бы впоминать эти великие слова Ивана Тургенева. Жанна Герасимова, Бригида Туровска-Шимчак, Роксана Викалюк… создают театр глубоко человеческий, настоящий. Театр нашей тоски. О человеческом лице окружающего нас мира, о запахе прекрасных цветов на земле, полной сорняков, крапивы, мусора.

Ева Гождж : Сразу скажу, это  не „лёгкая пьеска на фоне милой музычки”. Но считаю, что иногда стоит посвятить один вечер, чтобы увидеть спектакль более эмоциональный, мистический,  интеллигентный и оригинальный. Но если вас даже не очень интересуют вопросы духовного поиска, то идите в театр „на Бригиду Туровскую-Шимчак”. Её актёрская игра – это высочайший уровень, и я, честно говоря, только сейчас поняла, в чём состоит труд актёра и как гениально можно сыграть свою роль. Это незабываемое впечатление.”

Ирина Беляева, 2010 г.