Небольшой уездный городок Козенице расположен в южной части Мазовецкого воеводства, по левой стороне реки Вислы в её среднем течении. С юга и запада его окружает Козеницкая
пуща. В истории Козенице упоминаются с ХIV века. Уже в половине ХV столетия здесь находился деревянный королевский замок, на месте которого последний король независимой Речипосполитой Станислав Август Понятовский велел воздвигнуть соответствующий королевскому величию дворец, который – с изменениями – просуществовал до 1939 года.

В 1835 году стал он центром частного имения – майората, которое, как государственная собственность, было подарено императором Николаем Первым генералу Ивану Ивановичу Дейну.
Может, не все знают, что такое майорат. Поясним. В прошлом существовало несколько параллельных форм владения землёй. Кроме частных имений были тоже земли, владельцем которых являлся сам король, но не как частное лицо, а как часть государственной системы.
Назывались они „крулевщизнами” и после смерти временного пользователя не наследовались, а возвращались в казну.
После ликвидации польского государства и его ограниченной ХIХ-вечной формы – Королевства Польского – все эти имения оказались в руках российских императоров. Они использовали их для награждения заслуженных лиц, причём, награждались таким образом
лица, имеющие заслуги перед престолом или государством, а не заслуженные в угнетении каких-либо наций, как сегодня утверждают некоторые. Майорат обладал и своей системой наследования, по которой имущество в целости переходило к старшему сыну или самому
старшему родственнику. Возникавшие отклонения от правила всегда должны были быть рассмотрены и утверждены императором. Первой обязанностью нового владельца было справедливое благоустройство деревень на новых местах и освобождение крестьян от барщины с заменой на лёгкий оброк, что способствовало развитию более современных
форм сельского хозяйства.
Итак, майорат Козенице был в руках семьи фон Дейн с 1835 года. Фон Дейны
(von Dehn) – род датского происхождения, который со временем перебрался в немецкие княжества и в польские инфлянты (Inflanty – пол.). Непосредственный предок козеницких Дейнов – Самуил – с 1736 года жил в Санкт-Петербурге. Был женат на Елизавете фон Михель и был отцом десятерых детей.
Его сын Иван Самуилович (1758–1814) служил артиллеристом и владел имением Сипполя в Финляндии. Его женой стала Екатерина фон Брандт, которая родила ему пятерых детей. Их старший сын Иван Иванович (1785–1859) служил в армии в чине генерал-инженера и был
назначен генеральным строителем крепостей в Царстве Польском. Благодаря ему были построены или перестроены крепости в Брест-Литовске, Новогеоргиевске (Модлин), Варшаве и Ивангороде (Демблин). Все они составляли первую линию укреплений, защищавших Рос- сийскую империю с запада. С 1843 года Иван Иванович стал активным участником строительства первой в Царстве Польском железной дороги из Варшавы по направлению к Вене. В 1853–56 годах он готовил к обороне Севастополь, потом укреплял Кронштадскую крепость.
Женой генерала Дейна была Екатерина, урождённая Ланевская–Волк. Ланевские – это древний род, известный с1500 года, часть этой семьи проживала в Литве и носила вторую фамилию Волк.
У супругов родилось пятеро детей: Екатерина, ставшая баронессой Менгден, Владимир – генерал-лейтенант и сенатор; Елена – в будущем баронесса фон Фитингоф-Шель; Иван – командир Омского пехотного полка и умершая в детстве Ольга.
Следующим владельцем майората стал Владимир Иванович. Сына ему Бог не дал, и наследницей, с позволения императора, стала дочь Ольга Влади-мировна (1854–1939), жена Александра Валерьяновича Вонляр-Лярского. Муж Ольги был гвардейским офицером, при-
двороным чиновником и видным специалистом по коневодству. Он происходил из некогда немецкого рода, с середины XVII века проживавшего в Литве. Немецкая фамилия von Lahr была заменена на польский лад – Вонляр, а их семейное гнездо под Смоленском было названо Вонлярово. Уже с половины ХVII века Вонлярские были православными. У этой четы было двое детей: умерший в Козеницах от ран в 1914-м году Владимир и скончавшаяся в 1976
году в Париже Елена Звегинцева.

Дарственная на передачу Козенице была подписана императором в конце 1835 года, во владение фон Дейны вступили в 1841 году. Из казённых земель было выделено 5 фольварков и замковая усадьба поверхностью около 4000 гектаров, из чего полей было 727 га, лугов почти 270 га, пастбищ и зарослей 307 га, лесов 2087 га и т.д. В имении были одна
„американская” мельница, водочный и пивоваренный заводы, обычные водяные мельницы и более дестяти деревень. Имение давало около 3000 рублей годового дохода. В течение 6 лет новые хозяева были обязаны заново перепланировать деревни и перевести на оброк
крепостных крестьян.

Сам королевский дворец был в запущенном состоянии, и его модернизация продолжалась до 1904 года. Новому владельцу пришлось не только благоустраивать жизнь крестьян, но и реконструировать старый парк, разбить фруктовые сады, защитить дамбами пашни и луга от весенних разливов Вислы. Заново были устроены деревни Домбрувка, Цудув, Холендры Козеницкие, Коциолки, Опатковице и другие.Были созданы новые фольварки, например, Янув, Катажинув, построена совершенно новая деревня Александрувка.
В Коциолках генерал Дейн за 100 000 рублей построил с нуля новую мельницу.
Очередные владельцы майората включались в начинания местного населения, например, помогали при постройке часовни св. Александра, воздвигнутой крестьянами в знак благодарности Богу и царю Александру II за полное освобождение от крепостной зависимости и наделение их собственной землёй в 1864 году. Почти 7000 рублей было пожертвовано Владимиром Дейном на постройку нового костёла в Козеницах. Александр Вонляр-Лярский в 1900-м году построил первую в Козеницах электростанцию, значительно повысил доходы от
сельского хозяйства.
В конце ХIХ века в Козеницах была воздвигнута православная церковь. Здание было снабжено центральным отоплением и вмещало до тысячи прихожан. В 1911-м году приход насчитывал 225 человек. После 1918-го года храм был сначала передан римско-католиче-
скому костёлу, а потом и вовсе разобран.

Фон Дейны и их потомки жили в Козеницах около 70-ти лет. После окончания всех ремонтов дворец был отделан в стиле французского Ренессанса. В нём находилась прекрасная библиотека в 20 000 томов на нескольких языках.
Перед дворцом, вместо традиционного газона, был устроен большой бассейн, в воде которого отражалось главное здание усадьбы.
Но началась Великая война…В июле 1914 года, в день именин сына Владимира, семья Вонляр-Лярских последний раз собралась во дворце. Вскоре Владимира мобилизировали, а его родные пе-реехали в Петроград. В августе в районе дворца разыгралось сражение воюющих сторон. Русские войска временно отступили. Немцы всё ценное из дворца вы-везли.

В конце 1914-го года Ольга Вонляр-Лярская последний раз побывала во дворце. В разграбленных комнатах она собрала разбросанные семейные фотографии. Уже после её отъезда во дворец вернулся раненый на фронте Владимир.
Здесь он провёл свои последние дни. В июне 1917-го года Лярские покинули Петроград и через Дубровник в 1922-м году добрались до Франции, поселившись в маленьком городке
Берд-сюр-Мер (Berck sur mer – франц.).
Козеницкий дворец оккупировали австрийцы, а в 1918-м году обосновались в нём местные польские власти.
Александр Вонляр-Лярский попытался в 1925-м году вернуть майорат, но тогдашие власти вернули ему лишь два объекта недвижимости, расположенные в самом городке, и находящееся в парке фамильное кладбище. Тогда он решил переехать в Варшаву, откуда его, уже больного, дочь Елена перевезла во Францию.
В начале Второй Мировой войны, в сентябре 1939-го года немцы подожгли козеницкий дворец и запретили пожарным тушить огонь. Потом были разобраны остатки стен, а в после-
военное время на его фундаментах было построено административное здание.
Так закончилась история майората семьи фон Дейн в Козеницах.
Современному читателю может показаться странным, что рассказывая историю русских владельцев именья, я то и дело называю фамилии, начинающиеся на „фон”, именую их польскими или литовскими дворянамии, да ещё утверждаю, что это были русские помещики!
Дело в том, что в дворянской среде в первую очередь указывалось на наличие благородной крови. Следующее, на что обращалось внимание, было вероисповедание: не допускались браки с представителями иудейского вероисповедания, хотя и тут бывали немногочис-
ленные отступления, главным образом, среди аристократии или же мусульманами. Но в рамках христианства вероисповедание играло второстепенную роль.
Национальность не имела значения.
Ведь, как говорил один из мушкетёров у Александра Дюма, „все дворяне – бра-
тья”, а кто, где и при каком императоре родился, было не столь уж важно. К тому
же немцы из сегодняшней Прибалтики, так называемые остзейцы, на протяже-
нии поколений подвергались влиянию соседних наций. Те из них, кто пребывал
на службе у российских царей, в основном, становились русскими патриотами.
Так было и с фон Дейнами…


Марк Цыбарт, 2016