Именно здесь, на варшавской Аллее роз возле Швейцарской долины и Уяздовского парка вплоть до 2014 года можно было встретить на прогулке „гранд-даму и королеву польской сцены”, прожившую 101 год и посвятившую свыше 70 лет своей долгой жизни театру. Мне довелось присутствовать на спектаклях с участием легендарной актрисы Нины Андрич в варшавском Польском Театре, и стиль её игры, насыщенный пафосом и аристократическими манерами с произношением чистого твёрдого „Л”, согласно канонам довоенных театральных школ, навсегда останется в моей памяти.
Польская актриса и поэтесса Нина Андрич родилась 11 ноября 1912 г. в Брест-Литовске и была окрещена по православному обряду в Свято-Николаевской (Братской) церкви Брест-Литовска священником Сергием Товаровым в присутствии крёстных родителей – генерал-майора Петра Троянова и жены купца первой гильдии Ефросиньи Борисовой (бабушки). В Первую мировую войну будущая актриса жила с семьёй в Киеве, откуда в 1926 г. вернулась с родителями в Брест-над-Бугом и училась в русской гимназии. После окончания гимназии она училась на юридическом факультете в университете в Вильно, затем на историческом факультете Варшавского университета, прервав там обучение и отыскав в итоге свое истинное призвание в Варшавском институте театрального искусства. После окончания театрального института в сезоне 1934–35 Нина Андрич играла в виленском театре на Погулянке, начиная с роли Офелии в спектакле „Гамлет”. Знаменателен факт возвращения на круги своя, состоящий в том, что свои последние театральные роли Нина Андрич сыграла в 2012 и 2013 гг. в возрасте 99 и 100 лет в том же театре, где начинала карьеру – в Русском драматическом театре Литвы, расположенном в бывшем помещении Виленского Театра на Погулянке.
Однако всю свою театральную жизнь, с 1935 до 2004 г., актриса посвятила Варшавскому Польскому театру c перерывом на годы войны 1939-45. Не согласившись работать в театрах, которые остались играть для немецких оккупантов, она проработала все эти годы официанткой, „выступая” в кафе „У актрис” на ул. Мазовецкой с такими великолепными партнёрами с подносами как Мечислав Фогг и Витольд Лютославский.
После войны она вернулась в свой дом, которым всегда считала варшавский Польский Театр. К четырнадцати довоенным театральным ролям прибавилось ещё 46 выдающихся послевоенных, поистине королевских, ролей Марии Стюарт, Клеопатры, королевы Марго, Екатерины II, английской королевы Елизаветы I, леди Макбет, Жанны д’Арк, Марины Мнишек, Анны Карениной и Ларисы Огудаловой.
Именно на этой сцене её заметил и осыпал цветами Юзеф Циранкевич, который уже тогда был главой правительства и премьер-министром Польской Народной Республики и оставался им, пятикратно избираемый, вплоть до 1970 г. Нина Андрич предпочитала статус подруги поклонника, но победило мужское обаяние „голливудского красавца” — и через год они поженились. По словам актрисы, Юзеф Циранкевич был невероятно красив и похож на американского актёра русского происхождения Юла Бриннера, лауреата премии „Оскар” за лучшую мужскую роль в фильме „Король и я” (1956). К сожалению, несмотря на то, что прожили они вместе 21 год, победила любовь к театру, и в 1968 г. они развелись. Муж всегда был у актрисы на втором месте, причём она осознанно не желала иметь детей, лишая таким образом их возможности создать вместе полноценную семью. Проезжая мимо театра на ул. Карася премьер-министр с сожалением вздыхал: „Вот он – мой главный соперник”.
„Мои роли – это мои дочери, прекрасные, взбалмошные, умные, глупые, разные. После „родов” Марии Стюарт я была настолько измождена, что физические роды, скорей всего, были бы не столь трудны”, – утверждала актриса в одном из своих интервью. Оставаясь верной своей фамилии и не желая фигурировать на визитной карточке как Мадам Циранкевич, Нина Андрич, благодаря браку с главой правительства Польши, имела возможность познакомиться с политическими деятелями разных стран, такими как Мао Цзэдун, Никита Хрущёв, Шарль де Голль и Сталин. Шарля де Голля она ценила выше всех, считая его замечательным политиком и прекрасным человеком с высокоразвитой интуицией по отношению к женщинам. Независимая по своей натуре, она полностью игнорировала факт, что сам Сталин был очарован её талантом и чуть было не вызвала дипломатический кризис, предпочтя в данный вечер своё выступление в спектакле званому ужину у Сталина. Участники делегации дрожали от страха, объясняя причину её отсутствия, но вождь благодушно заявил, что по всей видимости эта женщина очень любит свою работу. „О да, обожает!” – воскликнул муж и все с облегчением перешли к дегустации водки. А первая дама даже получила от вождя в подарок меха – тяжёлую солидную длинную норковую шубу, которую никогда не носила, памятуя старшего брата Александра, погибшего в годы репрессий. Её домработница Сабина, муж которой погиб в сталинских лагерях, тоже не желала следить за состоянием шубы и в конце концов её съела моль. „Должно быть, насекомым она так пришлась по вкусу, как мне торт-безе”, – шутила Нина Андрич. В гардеробе жены премьер-министра нашлось место также и для шубы от Никиты Хрущева и белой меховой накидки от Мао Цзэдуна…
Нина Андрич любила театр взаимной любовью. Кинематограф использовал её талант реже, но тем не менее на её счету около 30 киноролей в таких значительных фильмах, как „Внимание, шпион” (1939), „Варшавская премьера” (1950), „Пир Валтасара ” (1954), „Контракт” (1980), „Сердце на ладони” (2008) и др. Великая актриса дождалась также документального фильма о себе „Я уже не могу перестать быть дамой” (1996).
Вспоминая Нину Андрич, мы не можем утверждать, что жила она только сценой. Она писала стихи, и поддерживал её в этом направлении даже известный польский писатель и поэт Ярослав Ивашкевич, который высоко ценил стиль и эмоции её стихов, которые актриса умела так глубоко отразить при помощи слов. Она является автором семи томиков поэзии: „Это театр”, „Вчера и сегодня”, „Роза ни для кого”, „Река без названия”, а также книг мемуаров „Смотрю и вспоминаю”, „Мы раздвоенные” и „Без начала и без конца”.
Нина Андрич считала себя феминисткой, активным борцом за независимость женщин от мужчин. Её призыв к юным девушкам звучал просто и конкретно: „Учись, становись на ноги так, чтобы никто тебе для этого не был нужен – ни папочка, ни муж. А потом уже осуществляй свои жизненные возможности и потребности. Учись! Это самое важное, что можно пожелать”.
Икона ПНР, королева польской сцены с долгой успешной карьерой прожила 101 год, как хотела, её приоритетов не смог изменить даже Сталин. Долголетие предсказала ей гадалка, но и сама актриса утверждала, что обладала этим „геном”. Нина Андрич ушла из жизни 31 января 2014 г. после кратковременной болезни, связанной с нарушением кровообращения. На похоронах присутствовали выдающиеся деятели польской культуры, в том числе председатель союза артистов польских сцен Олгерд Лукашевич, директор Польского театра в Варшаве Анджей Северин, Игнацы Гоголевский и Януш Юзефович с Наташей Урбаньской, которая в последние годы была очень дружна с актрисой. Нина Андрич была похоронена на старом варшавском кладбище Повонзки. На надгробной плите, согласно её пожеланию, была высечена надпись „Королева сцены Польского театра”. Гранд-дама польской сцены была похоронена в обожаемом ею чёрном шерстяном платье, украшенном кружевами, и в коричневой меховой накидке. Наряд для неё всегда был так же важен, как и хорошие манеры настоящей леди.
Перед смертью Нина Андрич завещала все свои сбережения — ок.100 тыс. злотых — в казну фонда Большого оркестра праздничной помощи. За эти деньги фондом был куплен денситометр – прибор для измерения плотности костной ткани, который нашёл своё применение в той же больнице, где умерла Нина Андрич. На приборе помещена специальная табличка с надписью о том, что прибор является даром легендарной актрисы.
Светлана Ночка, 2022
